Es strādāju. Как работа стала страданием?

Strādāju - первое лицо единственного числа глагола strādāt, очень созвучного с русским "страдать", но обозначающего... "работать". Когда я об этом узнал, я очень озадачился. Как? Почему? Совпадение ли?

Я раньше ещё слышал, что история славян и балтов переплеталась, что вполне логично приводило к переплетению языков. Рядом с балтами жило славянское племя кривичи. Настолько они в то время переобщались, что до сих пор "русский" в латышском языке - "krievu". Но заинтересовала меня другая часть истории.

Думаю, многие слышали слово "страда", которое до сих пор обозначает определённую работу (уборку зерновых). Однако даже беглый поиск  в Гугле указывает, что значение было более широким. Так, существует отсыл к "смоленской грамоте" 1229 года, в которой слово "страдати" интерпретируется как "стараться, добиваться". Благородно? Замечу, что в XIII веке Смоленск был городом тех самых кривичей.

В несколько более поздних источниках "страдомаiа землiа" обозначает пахотную землю. Но что-то надломилось, и позже появляется употребление слова "страдати" уже в нынешнем его значении - испытывать муку. Пусть меня поправят историки, но по моим дилетантским наблюдениям это происходит в расцвет барщины и оброка, когда и без того тяжелая страда стала объектом жесткой эксплуатации со стороны "хозяев". И, видимо, превратила упорство ради какой-то конечной цели в обычную муку.

И что ещё хуже, к эксплуатируемым людям относились с пренебрежением и без уважения, что добавило "страданий" и убавило желания работать качественно. Вот оно в итоге и вышло:
- многие среди нас не любят трудиться;
- многие среди нас не способны уважать чужой труд;
- многие привыкли, что пытаться улучшить своё положение бесполезно, всё в чьих-то руках и за них кто-то должен решить их проблемы.

А ведь стоит взять на себя ответственность за свою жизнь и начать работать, и всё изменится....